З., обращаясь в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Республике Бурятия, просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в сумме 71700 руб.

Как установлено в судебном заседании постановлением следователя от 17.04.2023 г. возбуждено уголовное дело в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 173.1 УК РФ.

Постановлением от 17.04.2023 г. по уголовному делу в отношении З. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Постановлением от 02.05.2024 г. уголовное преследование в части совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст. 173.1 УК РФ в отношении З. прекращено по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления.

Согласно ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса. Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1 ст. 133 УПК РФ).

Таким образом, в судебном заседании установлен факт незаконного привлечения З. к уголовной ответственности по ч.1 ст. 173.1 УК РФ, чем были нарушены его личные неимущественные права. В связи с чем суд приходит к выводу о том, что имеется причинно-следственная связь между действиями органов предварительного следствия и перенесенными истцом нравственными страданиями.

Учитывая, что незаконное привлечение гражданина к уголовной ответственности умаляет широкий круг его прав и гарантий, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, в частности, достоинство личности (статья 21) право на свободу и личную неприкосновенность (статья 22), право на неприкосновенность частной жизни, защиту своей чести и доброго имени (статья 23), неприкосновенность жилища (статья 25), лица, имеющие право на реабилитацию, во всех случаях испытывают нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения им морального вреда предполагается.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание фактические обстоятельства дела, характер и тяжесть предъявленного обвинения, длительность уголовного преследования с 17.04.2023 г. по 02.05.2024 г., индивидуальные особенности личности истца, степень причиненных ей нравственных страданий, требования разумности и справедливости, предполагающие, в том числе баланс интересов участников правоотношения.

Исковые требования З. удовлетворены частично. Взыскана с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу З. компенсация морального вреда в размере 20000 рублей. В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.