Судья Степанова Э.Ж.

Дело №2-4750/2025

Об отказе в иске о признании кредитного договора недействительным

Согласно ч.3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу ч.4 этой же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Ч.5 ст.10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Обращаясь в суд, истец Ц. просила признать договор потребительского кредита, заключенный между ней и ПАО «Сбербанк» недействительным, применить последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующим обязательства по данному кредитному договору, мотивировав тем, что между ПАО «Сбербанк» и Ц. дистанционно заключен договор потребительского кредита. Кредит предоставлен путем зачисления денежных средств на счет истца. Между тем, указанные денежные средства истец не получала, волеизъявление на заключение договора потребительского кредита не выражала, договор не заключала. Ц. обратилась в отдел полиции с заявлением о совершении в отношении нее мошеннических действий, а также с письменной претензией в банк с требованием о проведении внутреннего расследования и возврате денежных средств, указав, что кредитный договор заключен в результате мошеннических действий со стороны третьих лиц.

В суде первой инстанции Ц. на удовлетворении иска настаивала, пояснив, что ее родственник гр.П. попросил ее помочь с целью извлечения его прибыли, оформив «овальный» кредит, который должен был ей вернуться. Оформление овального кредита необходимо было для вложения П. в инвестиции, которые должны пройти оборот и деньги вернутся, то есть погашение кредита должно было быть с предполагаемого дохода от вложения этого кредита. Всем оформлением кредита занимался П., ее к оформлению никто не понуждал. Для этого она самостоятельно вошла, введя пароль, в личный кабинет мобильного приложения Сбербанк онлайн, передала телефон П., с которым связались по телефону третьи лица, разговаривали с ним, давали указания, чтобы он оформил овальный кредит. После зачисления денежных средств, П. сам перевел их себе на счет, а далее со своего счета деньги им переведены на счет третьих лиц.

Представители ответчика ПАО «Сбербанк» с иском не согласились. Пояснили, что кредитный договор заключен с соблюдением требований действующего законодательства, вход в систему Сбербанк онлайн осуществлен с помощью логина и пароля, сделана заявка на расчет кредитного потенциала, осуществлен выбор параметров кредита (вид, сумма, срок), оформлена заявление-анкета, после одобрения кредита информация о кредите также отображается в системе Сбербанк онлайн, а именно, сумма, порядок, способ и срок возврата, процентная ставка, счет зачисления и погашения. Поскольку оспариваемый кредит оформлен 27.02.2025, до введения в действие закона, регулирующего специальные нормы проверки, после проведенных банком существовавших на тот момент проверок, оснований для отказа в выдаче кредита не имелось. Кредитный договор заключен по воле истца, поскольку ею предоставлен доступ к системе Сбербанк онлайн. Как следует из пояснений истца, она с перечислением зачисленных кредитных средств на счет П. была согласна, дав ему самому доступ к осуществлению данных операций в целях инвестирования. Дальнейшее распоряжение П. денежными средствами находится вне зоны ответственности банка.

Разрешая заявленные исковые требования, суд исходил из следующего.

Согласно ч.1 ст.819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

В п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности, при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 Постановления Пленума №25).

В соответствии с ч.3 ст.307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 Постановления Пленума №25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6 статьи 7).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным Федеральным законом (часть 14 статьи 7).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 ГК РФ на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

Из материалов дела следует, что согласно индивидуальным условиям договора потребительского кредита между ПАО Сбербанк и Ц. заключен кредитный договор. Согласно протоколу проведения операций в автоматизированной системе Сбербанк-онлайн следует, что Ц. выполнен вход в личный кабинет системы Сбербанк онлайн, подана заявка на расчет кредитного потенциала; подана заявка на получение кредита, после чего банком принято положительное решение, сформированы индивидуальные условия кредита, ознакомление с которыми подтверждается с помощью ввода пароля; кредитный договор подписан с помощью простой электронной подписью, после чего, денежные средства зачислены клиенту на указанный им счет. Со счета истца осуществлен перевод денежных средств на счет получателя П.

По факту оформленного кредита и перечисления денежных средств Ц. обратилась в правоохранительные органы спустя 3 месяца.

Как следует из пояснений истца и третьего лица, Ц. самостоятельно, добровольно и без понуждения со стороны третьих лиц передала телефон для совершения операций П. для оформления кредита, открыв доступ к мобильному приложению Сбербанк онлайн, что противоречит положениям Условий, предусматривающих ответственность клиента банка за передачу данных третьим лицам.

С учетом изложенного, разрешая заявленные требования Ц. в соответствии с установленными по делу обстоятельствами, суд не находит оснований для их удовлетворения, установив, что договор заключен на согласованных сторонами условиях с использованием электронной подписи, при совершении предусмотренных условиями обслуживания операций по идентификации и аутентификации клиента в момент оформления кредита, при установлении тождества истца как соответствующего клиента банка, при отсутствии доказательств отклонения банка от добросовестного поведения, ожидаемого от него в данном случае, а также приходя к выводу, что оспариваемый договор заключенным по воле клиента Ц. Неопровержимых доказательств того, что действия по оформлению кредита, направлению заявки на кредит с внесением данных, соответствующих паролей, кодов совершались не клиентом Ц., а также доказательств того, что банк обладал сведениями о совершении действий, не представлено.

Как следовало из пояснений истца Ц., лично ею был предоставлен доступ в мобильное приложение Сбербанк онлайн П. для оформления кредита с целью осуществления ему помощи для последующих инвестиций. Истец распорядилась денежными средствами, предоставленными по вышеуказанному кредитному договору, по своему усмотрению, осуществив их перевод на карту П.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что оспариваемый кредитный договор заключен на согласованных сторонами условиях и перечисление денежных средств со счета истца на счет П. не отменяет обязательства по его исполнению, а последующее перечисление денежных средств гражданином П. на счет третьих лиц является его волеизъявлением, правового значения для разрешения требований Ц. не имеет.

При таких обстоятельствах, суд не нашел оснований для удовлетворения исковых требований о признании кредитного договора недействительным, соответственно, подлежали отклонению производные требования о применении последствий недействительной сделки.